URBAN.AZ
URBAN.AZ

Telegram Banner

В эфире URBAN снова «Денежный кофе». Мы пьем кофе с людьми, которые строят свой бизнес в Азербайджане, и узнаем их секреты. Они вдохновляют и делятся своей энергией.

Как наш любимый кофе.

«Мне нужно было поехать в Канаду, чтобы понять, что экскурсии по городу – это моё», – Фуад Ахундов, известный бакувед, ведущий передачи «Бакинские тайны» и любимый гид всех бакинцев, рассказал URBAN за чашечкой кофе, как его увлечение незаметно стало бизнесом.

– Вы закончили востфак, работали в Интерполе, преподавали в школе… Когда вы поняли, что именно экскурсии по любимому Баку – это дело всей вашей жизни?

– Никогда не задавался такими глобальными вопросами. Я плыву по жизни, как по реке. Чувствую течение и понимаю, что нужно плыть по нему, а не против, и тогда река вынесет меня туда, где я должен быть. Но реально я осознал, что экскурсии – это моё, когда оказался в Канаде и понял, что в канадском обществе я себя не реализую. Вовсе не из-за каких-то языковых барьеров, а потому что я себя там не вижу. Мне нужно было поехать в Канаду, чтобы понять, что экскурсии по старому Баку – это то самое, моё, чем стоит заниматься всю жизнь. Эта работа приносит мне дивиденды не столько материальные, сколько в виде человеческих отношений.

Хоть я до сих пор и живу между Баку и Торонто, реализую я себя через то, что мне интересно. То, что когда-то начиналось как увлечение, а позже вылилось в нечто большее. Но я не хочу называть это какими-то громкими словами. Туры – это всего лишь способ моей самореализации. В иной сфере или в ином месте я себя не вижу.

– В какой момент ваше увлечение начало приносить весомые финансовые дивиденды?

– Это случилось, когда я еще работал в Интерполе и получал зарплату около 40 долларов в месяц. При том что в то время я не хотел брать и часто не брал деньги за экскурсии. А потом заметил, что мое увлечение начало приносить мне деньги бОльшие, чем моя зарплата. На эти деньги в то время можно было пригласить девушку в кафе или купить 3-4 кг бананов, деликатес в то время.

Я стал зарабатывать и приносить деньги маме (смеется). Тогда мне было 25-26 лет, и я гордился, что начал участвовать в семейном бюджете. Этот процесс у нас назывался «производство мамы в генералы».

Когда я начинал вести туры, я и не подозревал, что это будет делом, которое принесет мне заработок. Я просто получал удовольствие от того, что делал – и получаю до сих пор. Лев Толстой как-то сказал, что счастье – это не когда ты делаешь то, что любишь, а когда ты любишь то, что ты делаешь. Мой принцип – делай то, что ты любишь, и время покажет.

Вести бюджет самостоятельно меня научила Канада. Она поставила меня под дамоклов меч: нужно выплачивать деньги за аренду квартиры, коммунальные услуги, учитывать ежемесячные траты на семью… Но сейчас мне помогает сын: в 19 лет он не пошел учиться в колледж, а решил работать, чтобы к лету купить машину. И я одобряю его выбор.

– Вы сказали, что в первое время не хотели брать деньги за свои экскурсии. Почему?

– Мне показалось это странным, я считал, что это неловко, я же был «совок». Ведь мы все были продуктами советской школы. А потом я понял, что это абсолютно нормально. Есть в бизнесе только один великий закон – халаллыг! (смеется) Я не верю в Бога, полный атеист. Но я верю в халал и в харам. Запретное это или благое – единственный критерий в моей работе.

– Какие заработки стали самыми высокими в вашей жизни?

– Наверное, это были гонорары от туров для больших групп, лекции для VIP-гостей…

Я никогда не стремился к большому разовому заработку и предпочитал, как машина, ездить на малых оборотах, чтобы проехать дальше. Можно, конечно, выложиться и разогнаться до 150 км в час, но долго ли ты так проедешь? Можно потихонечку ехать по 30 км/ч и в результате проехать больше. Поэтому я предпочитаю работать на низких и средних оборотах, но в итоге это приносит мне бОльшие дивиденды. Когда я разгоняюсь, то понимаю, что устаю, и возвращаюсь в Торонто отдохнуть. Таким образом я дозирую свою жизнь в Баку.

«Экскурсия без стихов — это как рыба без наршараба»

– Расскажите о проектах, которые вы реализовали за последние три года.

– Сейчас я занимаюсь, в основном, документальными фильмами. Недавно у нас вышел фильм об истории азербайджанского пароходства. Мы подготовили его к 160-летнему юбилею этой отрасли – очень интересный пласт в истории. Сейчас наша творческая группа заканчивает работу над фильмом, посвященным 10-летию филиала МГУ в Баку. И я до сих пор мечтаю снять фильм, посвященный азербайджанской авиации – «Рыцари I Мировой войны». Может быть, в этом году моя мечта реализуется.

Проектов много, и, если удастся реализовать хотя бы часть из них, это будет очень здорово.

– Какими своими проектами вы больше всего гордитесь?

– У меня их не так много. Например, мне очень памятен фильм, посвящённый ученой Аиде Имангулиевой – «Левантийская Ария Аиды». В этом году у нее восьмидесятилетие, и было бы очень здорово вспомнить этот фильм и, возможно, снова показать. Фильм о Шовкет Мамедовой, который мы сняли к «Евровидению» в Баку…

В принципе, ко всем своим фильмам я отношусь одинаково, с любовью. Разве что к фильму о пароходстве испытываю бОльший трепет, как к новорожденному ребёнку, потому что он только что вышел.

– Я помню, что три года назад ваша любимая экскурсия по Баку была по мотивам произведения «Али и Нино». Изменилось ли с тех пор что-нибудь?

– В принципе, нет. Я люблю и её, и другие экскурсии, которые мы проводим. Сейчас у нас появилась новая рубрика «Этнокультурное многообразие дореволюционного Баку», но «Али и Нино» остаётся в числе фаворитов.

Появился и новый формат посиделок, продиктованный зимним временем года. Мы проводили их в Baku Book Center, в Центре кялагаи... Площадок много. Мы пытаемся привлекать в новые места людей, которые потом приходят туда со своими знакомыми. Очень часто тематика бывает продиктована самим местом. Например, когда только отреставрировали Passage, возникла идея сделать лекцию «Собор, базар и государь», в которой я пытаюсь рассказать о том, что происходило с этим местом в прошлом. Лекции – это более гибкий формат, чем экскурсии, где необходимо строить определенный маршрут.

Вот сейчас у нас появилась новая тема «Немцы в Азербайджане». Мне всегда помогали юбилеи: так, в этом году отмечается 200-летие первых немецких колонистов на территории Азербайджане. Они прожили здесь 122 года, но оставили ярчайший след: и в архитектуре, и в экономике, и в культуре, заложили основы виноделия и пивоварения, первыми интродуцировали в Азербайджане картофель.

– Как изменилась ваша аудитория за последние 10 лет?

– Она изменилась радикально, потому что раньше у меня была в основном иностранная аудитория. Мне казалось, что мои туры нужны только иностранцам, которые приезжают в Баку. Я думал, что у местных жителей нет такого интереса. Но я ошибался, и очень рад этому!

Мои помощницы, Лала Гусейнова и Солмаз Сулейманлы, стали собирать местную аудиторию, и сейчас из десяти экскурсий восемь проходят на русском языке, и лишь две экскурсии – на английском. Резко изменился контингент. И очень много так называемых «иностранцев», которые приходят на мои туры, – это иностранцы из ближнего зарубежья. С ними я могу говорить не только на одном лингвистическом, но и одном ментальном языке.

Сейчас у меня в основном русскоязычная аудитория – и мне это нравится, потому что многие вещи проще рассказывать по-русски. Например, это касается поэзии, которая не переведена на английский, а у меня туры без поэзии не проходят. Экскурсия без стихов — это как рыба без наршараба (смеется).

– Я помню, что в ваших турах важную роль играли уникальные архивные фотографии. В ходу ли до сих пор ваша знаменитая папка?

– Папка по-прежнему существует (недавно друзья подарили мне новую), и она пополняется новыми фотографиями. Сейчас у меня около 750 архивных фотографий. Мой «джехиз», как я их называю, приданое, то бишь. Друзья предлагают перевести их в электронный формат и демонстрировать на планшете. Но мне кажется, «живые» фотографии передают чувства и дух той эпохи.

«Стараюсь не копаться в грязном белье

и не превращать «Бакинские тайны» в бакинские сплетни.

– Вы – настоящий исследователь тайн: бакинских, азербайджанских, тематических… Может, были какие-нибудь истории или артефакты, которые потрясли вас до глубины души?

– В тот момент, когда я нахожу потомков кого-то из известных людей прошлого или архивную фотографию какого-нибудь интересного дома, я испытываю творческий оргазм. Но, к сожалению, сейчас все меньше наследников, которые могут передать какую-то ценную информацию.

Исторические исследования всегда выводят на какие-то новые горизонты. Когда нахожу какой-то интересный артефакт — это всегда маленькая, но радость.

Например, во время исследования истории бакинского пароходства выяснилось, что в 1891 году на пристани в бакинском порту грузчиком работал великий Фёдор Шаляпин. Он оказался в Баку на гастролях, совсем еще юным, в очень тяжёлые для него и для города времена. Будучи здесь, он узнает, что у него умерла мать, и просит помощи у администратора труппы. Тот дал ему всего 2 рубля, и Шаляпин, оскорбленный таким отношением, отказался выходить на сцену. В результате труппа уехала, забрав с собой все его документы и одежду, обрекая его на нищенское существование. Шаляпину пришлось работать на пристани «Кавказ и Меркурий» грузчиком за 30 копеек в день. Баку в это время сразила эпидемия холеры, был вселенский хаос, но Шаляпин не заразился благодаря тому, что пил жуткую, невкусную, но не инфицированную воду из опреснителя. Затем он бежал на поезде в Тифлис. А через много лет, в 1915 году, он посетил Баку, уже будучи великим певцом. Шаляпин уже был ШАЛЯПИНЫМ. И Баку уже стал БАКУ. И тогда он сказал: «Для жизни я родился на Волге, а для музыки – на Кавказе».

– Вы «вкусно» рассказываете обо всем, но особенно любимы ваши лекции о бакинских нефтепромышленниках. А вы сами к ним как относитесь?

– Как к ярким индивидуальностям, которым довелось жить в очень интересный период времени, «попасть в струю». Но я их не идеализирую. У этих людей были свои «тараканы в голове», свои слабости. И это создает определенное человеческое отношение. Я стараюсь не копаться в грязном белье и не превращать «Бакинские тайны» в бакинские сплетни.

– Есть ли какое-то место в Баку, куда вы обязательно должны зайти во время приезда?

– В основном это места, где я провожу экскурсии – Ичеришехер, Баксовет... Я обхожу их каждый раз, как старых друзей.

Во время моего последнего приезда я был очень рад увидеть новые баки для мусора, вместо тех жутких железных контейнеров, что стояли раньше. Как театр начинается с вешалки, так и город должен начинаться с урн. И эти урны обязательно должны быть закрытыми, чтобы у них был цивильный вид. Тем более, что в городе ветров мусор разносится очень быстро.

В Баку должно пахнуть не мусором, а морем, свежезаваренным чаем, кофе... Я считаю, что в этой сфере в Баку непочатый край работы. Вообще, нам надо серьезно, на национальном уровне, заняться программой утилизации бытового мусора. Если подойти к ней концептуально, можно будет создать огромное количество рабочих мест, новую сферу предприятий по переработке мусора. Это очень важный момент. Через каждые 5 метров в городе должно быть что-то, куда человек может выбросить мусор. Поскольку у нас очень любят политическую риторику, я бы написал на каждом мусорном баке: «Vətənivi sevirsənsə, zibili mənə ötür» (смеется).

Нужно обязательно внести культуру разделения мусора на органический и неорганический. В мрачные советские времена везде были пункты приема стеклотары, где за бутылку платили по 5 копеек. Сдал 20 бутылок – получил рубль. Это были деньги! Сейчас это выглядит чем-то из области фантастики. А жаль…

Обратите внимание на многие азербайджанские бренды, которые разливают свою продукцию в роскошную стеклянную тару, которую потом некуда сдать. Каждый раз, выкидывая бутылку из-под компота, я очень расстраиваюсь. То же самое касается и жестяной посуды, которая может пройти обработку и использоваться вторично.

Если этот процесс поставить на серьезную основу, он будет приносить деньги и влиять на развитие сознания людей. Ведь сколько в Коране аятов на тему чистоты! Ни одна религия так не пропагандирует чистоту, как ислам, и ни в одной европейской стране нет такой грязи на улицах, как у нас, в восточном государстве. Нужно подключить СМИ, религиозных деятелей, известных людей, школу, полицию...

Нужно штрафовать, причем штрафы должны быть высокими. И сами люди должны делать замечания друг другу. Я обычно хожу по городу с кулечками. Если вижу, как кто-то грызет семечки и выбрасывает шелуху на землю, подхожу и предлагаю кулечек. Еще никто не нагрубил в ответ. Извинялись.

Азербайджанцы – удивительная нация. С ними можно решить любую проблему «сладким языком». Мы – очень внушаемый, мягкий социум. Просто нужен правильный подход. Но прежде всего – в шаговой доступности должен быть контейнер, в который можно выбросить мусор.

«Гид – актер на сцене, а сценой является город»

– Что бы вы еще добавили в современный Баку?

– Городу нужны экологически чистые виды транспорта. Мне очень нравятся BakuBus-ы. Очень удобный транспорт, по новым стандартам. А вот визжащие тормозами, морадльно и физически устаревшие Daewoo надо ликвидировать – они портят вид города.

Баку очень не хватает трамвая! В этом году исполняется 95 лет со дня запуска первого трамвая в нашей столице. Кстати, это был первый трамвай на территории Южного Кавказа, первый советский трамвай. И я очень надеюсь, что хотя бы к столетию этого вида транспорта трамвайное сообщение восстановят. Нам нужно запустить современный трамвай, многосекционный, вместительный, удобный. И пару ретро-трамвайчиков, двигающихся по туристическим местам Баку.

Нам очень нужны велосипедные дорожки. Велосипедисты в Баку сейчас существуют не благодаря сложившимся условиям, а вопреки им.

– С развитием туризма в Баку появляется все больше гидов. Ваш совет молодым и неопытным?

– Я раньше часто задавал вопрос: «Как вы думаете, что человек должен вынести из экскурсии? Сведения? Информацию? Или настроение?» И все всегда отвечали, что самое главное – настроение. Гид – это не просто человек, который ходит за вами по пятам и выдает какую-нибудь информацию. Для этого сейчас есть аудиогиды. Настоящий гид – это актер, просто у него немного другой формат выступления. Он актер на сцене, а сценой является город.

Из экскурсии люди должны выносить настроение. Если я вижу, что люди уходят после моей экскурсии в хорошем настроении, значит, mission accomplished («цель достигнута»). Любая экскурсия – это в первую очередь перформанс.

– Продолжите фразу: «Я – азербайджанец, представитель народа, который…»

– ...который объединяет две культуры, который вобрал в себя Восток и Запад, который живет по принципу не «или – или», а «и – и» и с которым железно действует правило «can deyib – can eşitmək» («добром за добро»).

Партнер рубрики «Денежный кофе» – итальянская семейная компания De’Longhi Group, один из крупнейших мировых производителей мелкой бытовой техники, основанный в 1902 году в Италии. 

В Азербайджане бренд De’Longhi представляет эксклюзивные кофемашины, которые позволяют в считанные мгновения превратить кофейные зерна в ароматный свежесваренный напиток, приготовленный по оригинальным итальянским рецептам. А дополнительные функции этих аппаратов превращают процесс варки в искусство. Достаточно выбрать несколько параметров в индивидуальных настройках, и лучшая кофемашина в мире послушно подчинится вашим капризам и запомнит их на будущее.

Промокод URBAN на покупку кофейных зерен и кофемашин De’Longhi в «Академии кофе» даст вам право на специальную скидку – от 5% до 20%. 
Адрес: Баку, улица 28 мая, 71. 
URBAN благодарит «Академию кофе Lavazza» за помощь в организации съемки. 

Вам может быть интересно:


Отзывы